Узел управления реальностью
— Па… Слушай, можно я сегодня в школу того… Пропущу?
Глава 1
— Па… Слушай, можно я сегодня в школу того… Пропущу?
Еще полгода назад Андрей возмущенно вскинул бы брови, и даже не отвечал бы. Зачем, если ответ очевиден?
Во-первых — потому, что сына он старался воспитывать если не в строгости, то с непререкаемым авторитетом отца. И если в начальных классах они еще иногда устраивали себе дополнительные выходные, сказавшись больными и играя целый день в какую-нибудь «Циву», то после шестого класса Андрей повысил требования к обучению. В мед — а именно туда он хотел отправить Диму — дурачков не берут. Поэтому если хочешь вырваться из родного захолустья, то будь добр стараться.
А во-вторых — сын в школу ходил вполне себе охотно. Он уже вступил в тот возраст, когда одноклассницы вызывали желание не дергать за косички, а неуклюже флиртовать. Или, если быть точным, то конкретная одноклассница, Ирина. Поэтому сын даже начал вставать раньше, чтобы прихорошиться.
— А чего, Лужникова твоя заболела? — не удержался Андрей.
— Лужникова моя тоже вряд ли придет… Короче, мы в бассейне какую-то дичь увидали… Как будто в воде быстро-быстро какой-то тюлень проплыл и в угол шмыгнул. Мы на физру выстроились уже. Как вдруг физручка глаза выпучила, и нас быстро обратно по раздевалкам разогнала. Я вот заметил, да еще несколько пацанов, что в начале шеренги стоят — мы к бассейну ближе были. И в тот же день чел из параллельного рассказывал, что за окном в 29-ом — у биологички — на дереве кого-то крипового видели. Ну и… Вообще, по школе ходить стремновато. Не могу объяснить, почему, но как будто давит что-то постоянно, особенно в некоторых местах. Кабинет музычки, который в дальнем закутке возле актового зала, даже преподы десятой дорогой обходят, там щас уроков не проводят. Короче, треш какой-то. Наша класснуха говорит, что мы все выдумываем. Но у самой глаза так и бегают, на каждый темный угол зыркает.
Андрей постарался удержать себя в руках. Вроде даже получилось.
— Окей, раз у вас в бассейне тюлень завелся — пожалуй, школу можно и прогулять. Видал, какие зубы у них? Такой если за жопу укусит, потом до экзаменов стоя учиться будешь. Только сиди тогда дома, анатомию гляди на Ютубе. А то если в мед не пройдешь, придется в медколледж на санитара идти. Ну или в ветеринарку, как раз тюленей лечить. Уговор? Уговор. — передразнил сын. Но было видно, что разрешение его успокоило.
Впрочем, Андрей такому развитию событий был даже рад. Ибо в последние полгода — аккурат начиная с НГ — в их захолустном Н-ске и впрямь творилось что-то неладное.
∗ ∗ ∗Под постом о исчезновении собачника за полчаса набралось под сотню комментариев. Еще бы: вошел мужик в парк, свернул на аллею, и как корова языком слизала. И это посреди бела дня, в разгар выходного, когда вокруг народ гуляет. Пес только и остался — слава Богу, не рванул никуда, и номерок на ошейнике был.
«Забухал», «инопланетяне похитили», «к любовнице сбежал», «в люк провалился» — теории в обсуждении выдвигались самые разные. Объединяло их одно: общая нервозность, мелькавшая между издевательскими предположениями. Шутка ли — на небольшой городок за последние полгода это уже десятый случай! И хоть бы кусочек хотя бы одного из пропавших нашелся. Нет же — с концами исчезают. Да еще в таких местах, откуда ну никак нельзя бесследно пропасть. Мебельный цех в разгар рабочего дня, заводская столовка, школьный туалет на перемене… Теперь вот парк добавился. Даже из примерочной в ПВЗ кого-то «похитили»! Там, правда, еще и пяток неоплаченных вещей пропал, да окно под потолком было, поэтому дамочку все-таки записали в не-паранормальные, и дело завели не только о пропаже человека, но и о краже.
Дмитрий раздраженно нахмурился и отложил смартфон. Хотел же на ночь инфодетокс устроить, а тут только сон отогнал дурными мыслями.
Ведь таинственные исчезновения — не единственная проблема, которая обрушилась на Н-ск. И до сих пор ни она, ни остальные не имели даже намека на решение.
Погода менялась. Нет, конечно, это происходило во всем мире — глобальное потепление, и все такое. Однако в Н-ске она как будто стала жить по неземным законам. Первого мая пошел снег. Учитывая, что вторую половину апреля днем стояли стабильные +15, и на майские праздники народ уже предвкушал традиционные шашлыки — это застало врасплох всех. Но такое случалось. Зато никогда не случалось другого: что Солнце во мгновение ока скрывалось за настолько плотными тучами, что в полдень наступала почти абсолютная темнота. А после р-р-раз — как выключателем щелкнули. Пара минут, и тучи разбежались, на небе ни облачка, и снова день. А ночью вдруг поднимался ветер — такой, что, казалось, сейчас все деревья на проспекте Ленина с корнем вырвет. Однако даже постиранное белье, сохнущее во дворах, осталось на месте, зато оказалось покрыто каким-то розовым налетом.
После начались проблемы со временем. И если пропажам людей можно легко придумать кучу причин, и погодные аномалии тоже не редкость в мире, то внезапные скачки или «растягивания» времени… Это уже выходило за рамки понимания. Если бы Андрей прочитал об этом в новостях — посмеялся бы с дурня, у которого с перепою «внезапно» выпал из памяти целый вечер. Но он сам оказался в такой ситуации: закончил работу, как полагается, к 17.00, в 17.10 свернул на свою улицу. Как вдруг внезапно оказалось, что на часах уже 22.40. Буквально за один шаг он «скакнул» на пять часов вперед. Место — то же. День — тот же. А люди говорили и про обратное: когда время растягивалось. Выехали на работу в 8.00, проехали через весь город, глядь на часы — 8.03…
Теперь вот новая напасть — галлюцинации.
По крайней мере Андрею хотелось верить, что это именно они. Потому что если Димка видел в школьном бассейне просто тень, то начсмены божился, что на него с неба чуть ли не кинулась какая-то огромная тварь, похожая на собаку с крыльями. Говорит, что на землю упал, изгваздался весь, орать начал, словно баба. А после глядит — а и нет никого. Только пацан, мимо проходивший, на него уже камеру наводит. Решил, видать, что скуф с утра пораньше закладку распаковал.
Короче — атмосфера в Н-ске царила нездоровая.
Народ дурел, бесился, истерил. Люди на улицах жались друг к другу, куда бы ни шли. Даже девушки теперь не сторонились Да и ходить старались как можно реже. Счастливчики, у которых была возможность, так и вообще потихоньку разъезжались куда подальше. Появились даже дружинники, которые, впрочем, больше активничали в группах: устраивали переклички, собирали информацию о странностях, и пытались привлечь внимание кого-то за пределами города. Однако что им скажешь? Что народу мерещится всякое, люди пропадают и погода резко меняется? А где такого нет? Да и вообще — к кому именно обращаться? Полиции? МЧС? Губернатору? Кому ни скажи, все пальцем у виска покрутят…
∗ ∗ ∗Решение нашлось само собой.
— Андрюха, ты сегодня на выезде. — С утра порадовал начальник. — На ТР-067 какая-то ебола случилась. Возле агрокомплекса связь оборвалась. Дроны не фурычат, маршруты техники не пишутся, датчики поотваливались. Короче, они гонца в город отправили, чтоб заявку послать. Панику развели на весь Н-ск, мне даже из администрации звонили, чтоб мы все бросали, и быстро им связь вернули.
— Дык вроде это Димона вышка, Николаич? — недовольно пробурчал Андрей. Добираться почти два часа в одну сторону, а после мочить ноги в лесу не хотелось. После прошедшего ночью дождя вокруг вышки наверняка все раскисло.
— Димона, Димона. — примирительно поднял руки начальник. — Но сам понимаешь, он со своим центнером живой массы пока туда доковыляет, меня эти колхозники развальцуют. А Серый и твой тезка сегодня по другому выезду уже умотали, на Вернадского. Еще до этой заявки. А я тебе отгульчик в благодарность, а?
Вполголоса костеря Димона, который виновато забился в курилку и не отсвечивал, Андрей собрался все-таки быстро. Путь предстоял неблизкий, работать там придется в одиночку — раз Димона не возьмешь, а двое других коллег умотали. Нарушение ТБ, конечно… Но раз срочно, то что поделаешь?
Забрав наряд у начальства и прихватив рюкзак с обедом, Андрей запрыгнул в рабочий Transit. В кабине пахло чем-то сладким — небось, Димон опять пончики жрал, и все залапал. Андрей поморщился и потянулся за салфетками. По жаре два часа держаться за липкий руль и ручку КПП — кому по кайфу? Полупустая упаковка завалилась под пассажирское сиденье, и за ней пришлось тянуться.
А когда выпрямился — заорал в голос. Прямо перед капотом стояла тварь, похожая на куцую дворнягу, с которой облетела половина шерсти. Только вот стояла она на задних лапах, вытаращившись абсолютно белыми огромными глазами прямо на Андрея. Увидев, что тот ее заметил, тварь приоткрыла короткую, но широкую пасть, и быстро-быстро замотала головой. А после пригнулась, резко скакнула вперед и… пропала.
Следующие минуты выпали из памяти. Андрей не помнил, как выскочил из машины и оказался в офисе, переполошив всех своим диким ором.
После всех новостей, что творились в городе, в сумбурный рассказ поверили сразу. Перепуганный Димон отпаивал коллегу кофе, и еще больше кофе пил сам. А шеф безуспешно пытался вызвать наряд.
— Походу, и у нас связь накрылась… Идет обычный дозвон, после сбрасывает, а после начинает играть какая-то мелодия стремная. Я перезваниваю — та же дичь, только мелодия другая. И на следующий перезвон другая… Че творится-то вообще, а?
— Может, у оператора работы какие? — неуверенно предположил Димон, наливая уже третью чашку за пять минут.
— Ага, и нас предупредить забыли! — отмахнулся начальник. — Разве что внештатная ситуация. Хакеры, например, взломали, и Биткоины вымогают.
Андрей наконец успокоился. Руки еще подрагивали, но шум в ушах утих.
— Нет там никого, да? — спросил он, глядя на Димона. Тот осторожно выглядывал в окно — как будто с улицы через него мог кто-то заскочить. Хотя, впрочем, теперь такого никто не исключал.
— Даже на камерах ничего не увидели. — ответил тот. — Ты в тачку сел, дверь закрыл, копался в салоне, и вдруг пулей обратно в офис сорвался. Если бы не чудеса, что у нас тут творятся, решили бы, что пора Андрюхе санитаров кликать.
— Андрюх, раз ты оклемался, и чудищ во дворе не видать, так может того… Вторую попытку сделаешь, а? — опасливо, просящим тоном спросил начальник. — А то твари тварями, а работу никто не отменял. Ща у нас связь расчехлится, сто пудов начнут опять колхозники мозги полоскать за свою вышку.
Тоскливо взглянув на шефа, Андрей вяло кивнул. Все силы отнял стресс, и теперь чувствовалось опустошение.
Несколько десятков метров до открытой машины Андрей проскочил по-спринтерски. Захлопнув дверь и заблокировав замок, он огляделся. Отпустивший было в офисе страх быстро возвращался. Казалось, что из-за угла, с козырька над входом, из густой кроны тополя сейчас что-то сиганет, и теперь уже не исчезнет. Но, возможно, догнать машину на ходу твари не удастся — так решил Андрей, и с пробуксовкой сорвался с места.
Глава 2
Вышка ТР-067 была одной из самых дальних из всех, что входили в зону ответственности их бригады. Дальше располагалась только Рыбачка — почему ее так нарекли уже никто толком и не помнил. Но лучше бы пришлось к ней ехать: туда хотя бы нормальный асфальт почти до самого объекта проложен, и коттеджный поселок совсем рядом.
А вот ТР-067 расположили в лесу — чтобы покрывать проходящие по обеим сторонам от нее железную и автомобильную дороги, и несколько крупных промзон. В том числе и тех самых колхозников, что подняли хай из-за упавшей связи. Пару часов за рулем, после — еще минут двадцать топать по тропинке. Хорошо еще, если походным набором обойтись получится, и не придется возвращаться в машину за оборудованием…
Андрея окончательно отпустило лишь к концу маршрута. Два часа в пути пролетели незаметно — он на автомате рулил, тормозил, и даже никому гневно не побибикал: народу на дорогах было маловато, поэтому на двух полосах хватало места, чтобы держаться подальше и от «тормозов», и от лихачей.
Радио не помогло отвлечься. Местная станция, дорвавшаяся до необычных сюжетов, гнала в эфир все подряд. На Ленина в подвале обнаружили бездонную яму, в которую чуть не провалился местный слесарь. На околице, в гаражном кооперативе, стая собак взобралась на крыши, и теперь бегает только по ним. Молча и обязательно все вместе. По Старолесной внезапно начали встречать трамвай, который сняли с маршрута еще в «девяностые». Люди в нем какие-то сидят, а вот войти кому-то не получается.
Что за дебил у них новости подбирает… Крутили бы попсу — и то веселее было бы. — Нервно ругнулся Андрей, переключаясь. Вспоминать о происходящем вокруг не хотелось, да уже напомнили. Остановившись на обочине, он наскоро включил в Спотифае первый попавшийся исторический подкаст, и оставшуюся часть пути проделал под рассуждения о том, почему пала Римская Империя.
∗ ∗ ∗ТР-067 замаячила над лесом, когда время уже близилось к обеду.
Место для стоянки уже было накатанным. Сколько ни писали в головной офис с просьбами о том, что нужно бы облагородить площадку для техников — вышестоящие господа пальцем не ударили. Поэтому техники уже привыкли, что выезд на ТР-067 растягивался на целый день и сопровождался пешей прогулкой. И хорошо, если налегке, а без десятка-другого кэгэ всякого железа.
Свою работу Андрей в целом любил. Хотя в такие вот выезды любви этой явно было меньше, чем, например, когда можно было покемарить в офисе. Но сейчас расслабляться не хотелось: быстрее сделаешь свое дело — быстрее назад уедешь. Поэтому к диагностике Андрей приступил активно.
Ограждения и шкафы стояли целыми. Электропитание в норме, вводной автомат включен, индикаторы горят, показывая, что все работает в штатном режиме. Андрей скривился: с первого взгляда все было окей. А он бы предпочел, чтобы какая-то проблема была, и ее сразу было бы видно.
Пришлось подключаться к сервисному терминалу. И вот тут уже появились звоночки: часть индикаторов на блоке оказалась неактивной. Андрей проверил кабельные трассы, но обрывов не нашел.
— Еще бы, надеяться, что все обошлось бы легко… — Недовольно пожаловался в пустоту техник, понимая, что все-таки придется переться наверх.
Отклонений от проектных углов не было, а вот на одном ослабленном разъеме Андрей заметил следы влаги. Вот и самая возможная причина: сигнал тухнет. Похвалив себя, что сразу взял с собой походной ремкомплект, техник просушил разъем и восстановил контакт. Временно поможет, колхозников порадуем. Но возвращаться сюда все равно придется — менять разъем и проверять радиоблок, что теперь-то все окей. Довольно выдохнув, Андрей собрал инструмент обратно в рюкзак, и приготовился к спуску. Окинув напоследок взглядом площадку, он удивленно присвистнул.
В лесу, в сотне метров от ограждения, стояла… дверь. Андрей бывал на ТР-067 нечасто — возможно, с десяток раз. Но никакой двери здесь никогда не видел. Он было достал телефон, чтобы набрать начальника, но решил сперва осмотреть находку.
Однако не смог ее найти.
Андрей точно помнил, в каком направлении стояла дверь — там был приметный пригорок. Однако ни таинственной находки, ни даже каких-либо следов на пригорке и рядом с ним не нашлось. Более того — Андрей не увидел ничего, что с высоты девятого этажа могло бы показаться дверью.
Дальше включилась врожденная упертость. Андрей не поленился, и снова полез наверх.
Дверь была.
Разглядеть ее не получалось: было высоковато, да и деревья мешали. Но то, что это именно дверь, а не строительный мусор — было понятно. Андрей навел на нее камеру, приблизил по максимуму и сфоткал. Получилось шакально, но последние сомнения отпали. Зато появились вопросы: дверь стояла в воздухе. Ни какой-либо постройки, ни даже одной стены вокруг не было. Сделав еще несколько кадров, пытаясь поймать идеальный фокус, Андрей сумел рассмотреть, что на двери есть какая-то надпись, но ни одной буквы различить не удалось.
Ни шеф, ни коллега телефон не подняли.
— Спят в обед, походу… — завистливо пробормотал Андрей, сбрасывая четвертый по счету вызов. Надежда на то, что в офисе что-то прояснят — пока не оправдалась.
Спустившись, Андрей на всякий случай еще раз облазал таинственный пригорок, и заснял на видео еще и его. В какой-то момент ему показалось, что краем глаза он заметил отблеск металла. Но на записи ничего не было видно, и сколько Андрей ни вертелся, кося под разными углами во все стороны — дверь так и не показалась.
— Да нахер она вообще мне упала! — сплюнул раздосадованный парень. Время близилось к концу смены, и задерживаться не хотелось. В другой раз Андрей бы не оставил такое без внимания, но накопившийся стресс дал о себе знать: мозг отказывался чему-либо удивляться, и почти спокойно принял ситуацию. Дверь посреди леса, которую видно только сверху, под определенным углом? Ну и пускай стоит. Мы ведь вышки связи обслуживаем, а не двери устанавливаем.
Постаравшись выбросить очередную странность из головы, Андрей заспешил к машине — прежде чем ехать домой, предстояло наведаться в офис.
∗ ∗ ∗— Ага, появилась связь. Только вот с перебоями фурычит, да медленная. — Жуя бутерброд, сказал начальник.
— Ясен хер! Там хорошо, если радиоблок менять не придется. Так что придется колхозникам помучиться, пока новый не пришлют. У нас-то на складе, небось, нет в наличии?
Последний запасной коллеги на позапрошлой недели забрали. — Ответил за начальника Димон. — Кто ж знал, что снова так быстро пригодится? Оно ж, бля, как всегда: как не надо — то пылится по полгода…
Николаич скривился, как будто вместо любимой бастурмы ему вдруг подсунули самую дешевую «Докторскую».
— Развальцуют нас колхозники…
Андрей лишь развел руками: мол, наше дело теперь — сиди да жди. И вдруг вспомнил за уже позабытую дверь.
— Слушайте… Понимаю, что звучит по-дурацки, но в свете последних событий уже и такому не удивишься. Короче, я с вышки в лесу увидал дверь. Не в курсе, что за дичь?
Димон гыгыкнул.
— На мусорке, что ли? — В том-то и прикол, что нет. Обычная дверь, как будто в стене. Нехилая такая, насколько увидел. Да только вот никаких построек там нет и близко. А когда спустился — и двери не оказалось.
Андрей достал телефон и нашел отснятые кадры. Озадаченный Димон лишь похмыкал, но ничего путного не ответил. А вот Николаич задумчиво посопел, поприближал фотки своими пальцами-сардельками, и пообещал озадачить головной офис.
— В инструкции сказано, что о любых подозрительных штуковинах рядом с оборудованием нужно докладывать, если самим ума не хватает разобраться. Подозрительную штуковину имеем в наличии? Имеем. Разобраться можем? Не можем. Значит, делаем как полагается.
В ту ночь Андрей спал плохо. И снилось ему, что стоит он перед той самой дверью, да только вот интерес к ней куда-то улетучился. А наоборот, хотелось оказаться где подальше.
Глава 3
Новенький Crafter выглядел солидно — черный, тонированный, с надписью White Room по бокам. Несмотря на прошедший недавно дождь кузов и даже колесные диски были чистыми. С появлением автобуса на небольшой парковке стало тесно. Андрей, выглянувший в окно, сперва решил, что водила ошибся поворотом — на таком должны ездить какие-нибудь чиновники не самого низкого пошиба, или комерсы.
На запрос Николаича ответили внезапно очень быстро — уже на следующее утро. То ли оператор подсуетился из-за крупного коммерческого клиента, оставшегося без связи, то ли просто загрузка была слабой — по мнению начальства, ждать ответа пришлось бы чуть ли не до конца недели. А тут вдруг как ждали, и пообещали не просто прислать радиоблок, а еще и своих спецов — чтоб с таинственной дверью разобрались.
С водительского места спрыгнул самый обычный мужик — почти как Гостюхин в «Дальнобойщиках». Он оббежал бусик, стукнул ладонью по боковой двери и повернул голову — словно прислушивался к чему-то. И лишь после открыл.
— Ишь ты, баре даже сами себе дверь не открывают… — под нос пробормотал Андрей.
К высокому и не очень начальству из центрального офиса он относился настороженно. Когда из «Крафтера» вышли двое инженеров, Андрей отвернулся от окна в сторону двери, и крикнул:
— Николаич, прибыла помощь!
Кинув последний взгляд на закурившего водилу, Андрей слегка удивился. Ему показалось, что в салоне остался кто-то еще — промелькнула тень, и дверь быстро закрылась. Но если кому охота после восьми часов в пути под солнцепеком торчать в машине — что ж, его право.
— Колычев. Феденко. — почти хором представились гости. — Степан Николаевич, лучше просто Николаич. А к вам как можно обращаться? Не по фамилиям же?
Гости переглянулись:
— Феденко. Колычев. — и снова почти хором. Андрей дернул головой — ему показалось, что Колычев теперь назвался Феденко, а Феденко — Колычевым.
— Э-э-э, ладно… — протянул Николаич. — Кофе? Чай? Перекусить? С дороги-то устали по-любому.
— Кто будет нас сопровождать? — проигнорировав дружелюбие начальника, тем же тоном сказал… неизвестно, то ли Колычев, то ли Феденко.
Николаич натянул неловкую улыбку.
— Понимаю-понимаю! Сначала дела. Вот, Андрей Ежов, техник четвертого разряда. Он же обнаружил неполадку. Ну и дверь тоже…
Оба гостя немигающе уставились на Андрея — так, что тому стало не по себе. И в этой веселой компании сейчас еще два часа в автобусе трястись… Без уточнений один из инженеров сделал приглашающий жест, махнув рукой к двери. Выходя из кабинета, Андрей бросил взгляд на шефа, и скорчил гримасу. Тот кивнул, матернулся беззвучно одними губами и мелко перекрестил подчиненного. Хоть какая-то поддержка.
∗ ∗ ∗Хотя «Крафтер» постоял на парковке меньше получаса, и утреннее солнце еще не успело раскочегариться — внутри салона царила духота. Сверхразум-водила даже окна не открыл. Поэтому футболка Андрея прилипла к телу, едва он залез внутрь.
Обстановка внутри была под стать внешнему лоску: кожаные глубокие сиденья с регулировками, пара откидных столов, куча каких-то кнопок по бокам — видать, для настроек климат-контроля и обогревов. Разбираться не хотелось: из-за снов с дурацкой дверью поспать удалось едва ли часов шесть, и то урывками. Поэтому за время в пути Андрей планировал это наверстать.
Вошедшие следом Феденко и Колычев — Андрей так и не понял, кто из них кто — протопали в конец салона. Внезапно оттуда послышался странный звук: как будто раздули кузнечный мех. Андрей от неожиданности подскочил и обернулся.
На заднем сиденье-диване кто-то разлегся. Кто-то явно крупный: туша едва уместилась. Несмотря на жару, неизвестный плотно укутался в плащ, который закрывал его почти целиком. Инженеры расположились напротив спящего, и что-то негромко стали ему говорить. Слов было не слышно. Туша в ответ невнятно и коротко прогудела, и Феденко-Колычев замолкли.
Заинтересованный Андрей перегнулся вперед к водиле — тот уже завел «Крафтер» и аккуратно, чтобы не зацепить узкие ворота, выползал на улицу.
— Здорово. Я Андрей, местный техник.
— Гриша. — Ответил водила, бросив быстрый взгляд в зеркало. Повертев головой влево-вправо и убедившись, что проезд свободен, он протянул назад правую руку.
— Слушай, а твои пассажиры всегда такие общительные?
— Эти-то? Грех жаловаться. Лучше такие, чем те, кто всю дорогу водку кушают, а после песни орут да блюют по салону.
— Я уж подумал, что на заднем сиденье как раз такой и отдыхает. В дороге накидался, по жаре развезло так, что всю командировку проваляется теперь…
— Вот за этого товарища ничего не скажу. Мое дело рулить. Насчет этой командировки шеф непрозрачно намекнул, чтоб к пассажирам не совался, как бы они себя не вели. И тебе, парень, не советую. Ща на объект скатаемся, покажешь им, что да как, и свободен.
Поняв, что водила сплетничать не собирается, Андрей решил последовать его совету. И впрямь, что ему за дело? Ну перебрало начальство и отдыхает теперь. Да и инженеры небось от него не отставали в пути, поэтому теперь из них слова лишнего не вытянешь. Поэтому Андрей потыкал наугад в кнопки, опустив сиденье, с наслаждением вытянулся и задремал.
Глава 4
«Крафтер» несколько раз подпрыгнул. Водила впереди негромко ругнулся, помянув местные власти, которые забивают на состояние дорог, как только те вышли за черту города. Проснувшийся Андрей ухмыльнулся:
— В защиту наших чинуш хочу добавить, что они и за городскими дорогами не особо-то следят.
— Про две беды в России, значит, не зря говорят. С пробуждением, как раз почти прибыли!
— Это вы почти прибыли, а нам потом еще по лесу топать. — Пробурчал Андрей.
Сиденье «Крафтера» оказалось удивительно удобным — ничего нигде не затекло даже. Теперь стало понятно, как тот здоровяк весь день продрых на заднем сиденье.
Пока Андрей довольно потягивался, Феденко и Колычев уже выгрузились. Тихо перекинувшись парой слов с тушей на заднем сиденье, они схватили по рюкзаку и бодро утопали в сторону вышки. Андрея с собой никто не звал, но скучать несколько часов в салоне не хотелось: Гриша заглушил мотор, и автобус быстро нагревался. Водиле же, казалось, это было нипочем: он откинул переднее сиденье, натянул на нос кепку и явно решил отоспаться перед ночным возвращением домой. Поэтому Андрей тоже двинул к вышке — посмотреть, не появилась ли злополучная дверь.
…и внезапно увидел ее.
Металл заблестел среди деревьев внезапно — видать, солнечный луч скользнул сквозь крону, и отразился точно в глаза Андрею. Тот сперва подумал, что ему почудилось: остановился, проморгался, пригляделся. Но нет — дверь все-таки стояла на месте.
Коллеги уже трудились вовсю: один копошился в шкафу у опоры, разложив половину немаленького рюкзака и что-то наговаривая в рацию. Второго было не видно за деревьями — он явно уже взобрался наверх. Поэтому Андрей зашагал напрямик к двери, задвинув подальше мысли о том, что здесь можно и клещей нацеплять.
«УУР» — крупные буквы были выведены красным на сером металле. Следом шел набор цифр и несколько нечитабельных символов. Андрей решил, что это просто слезла краска, а до этого здесь были какие-то буквы или цифры. Но яснее от этого не стало: такой маркировки он не знал, и что за сокращение «УУР» — тоже не догадывался.
Как оказалось, дверь все-таки не висела в воздухе, а была встроена в крутой холм. Массивная и приземистая, она явно открывалась нечасто: порог зарос мхом, а со стороны петель наросли зеленые побеги. Замочных скважины было две, и солидных — с броненакладками, утопленных вглубь полотна, чтоб патрон не то что сломать, а и мусором забить не вышло.
Чисто на автомате Андрей подергал за ручку — чистую, кстати. Даже люфта не было.
— Я открою. — От низкого голоса сзади Андрей подпрыгнул.
Увалень с заднего сиденья подошел неслышно — даже странно для такой комплекции. А еще страннее было то, что он не оставил в машине свой длинный плащ, который еще и застегнул под подбородок. Если бы Андрей не знал, что это какая-то шишка из его компании, которая прибыла на ремонтный вызов — он бы без раздумий развернулся бы да побежал. От громилы исходила волна… Не агрессии, не угрозы, а скорее какой-то тревоги. Причем дело было не только в стремном плаще, кепке, надвинутой до бровей и густой бороды почти до глаз. Бугай стоял, слегка покачиваясь. Причем покачивался он не так, как это делают поддатые — плавно и хаотично. Наоборот: он словно дергался, рвано, резко, с замираниями. Как будто видос при слабом Интернете.
— Да пожалуйста…. - Пробормотал Андрей, и отошел в сторону.
Дверь почти полностью скрылась за обтянутой плащом спиной. Ни звона ключей, ни пищания кода, ни каких-либо еще звуков, с которыми обычно открывается что-то закрытое — слышно не было. Но дверь вдруг отворилась. Андрей успел лишь разглядеть кусочек коридора — самого обычного, с голыми бетонными стенами и потолком. Здоровяк неожиданно быстро прошмыгнул внутрь. Да еще и закрылся на замок, видать, судя по громкому щелчку.
— Что за трешанина, Божечки… — Скорее подумал, чем вслух сказал Андрей. Он не был уверен, что здоровяк его бы не услышал. А злить того не хотелось абсолютно.
Сейчас он подумывал о том, как будет описывать поездку в офисе. Мысли о привычных вещах немного успокоили, и он даже хохотнул, представляя, какие рожи будут корчить Димон с Николаичем. А еще Андрей твердо решил, что с 15-го числа берет неотгулянные две недели отпуска, и увозит сына к бабушке. Накопившиеся переживания и сюр, что творился в городе, все-таки пробил брешь в меланхоличном характере. Он даже успел отправить пару сообщений сыну о том, что тот может собирать вещи в предстоящую поездку.
Здоровяк снова подошел неслышно. В этот раз Андрей не сдержался и вскрикнул, когда его по спине похлопала тяжеленная лапища. Телефон от неожиданности выпал — хорошо хоть, что на мягкую хвою.
— Нужна помощь.
— Э-э-э… Вон, ребята уже заканчивают. — Тот, что торчал на вышке, и впрямь паковал рюкзак и явно собирался спускаться.
— Делов на пять минут. Дольше ждать их будем.
— А чего делать-то надо? — Даже стоять с этим типом в лесу в солнечный день, когда неподалеку были другие люди, было напряжно. Андрей не хотел верить, что сейчас ему придется еще и спускаться куда-то в такой компании.
— Наполнитель в предохранителе нужно заменить. Оттуда проблемы идут.
Ответ здоровяка конкретики не внес. Какой такой наполнитель в предохранителе? И какие из-за него проблемы идут, если Андрей твердо был уверен, что причина в радиомодуле на вышке? И как вообще что-то можно было понять за минуту-две?
Но собеседника это не волновало. Он молча махнул рукой, зовя за собой, развернулся и двинулся своей стремной рваной походкой к двери.
Андрей обреченно кинул взгляд на коллег. Но те, хотя и заканчивали работу, явно еще будут собираться. Да и было ясно, что сюда, к двери, они вряд ли пойдут: даже не смотрят в его сторону.
Глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы успокоиться, Андрей все-таки двинулся к двери — здоровяк оставил ту приоткрытой. Что поделать: начальство есть начальство, хотя и не твое непосредственное, и даже такое криповое. Про оброненный в хвою телефон он позабыл.
∗ ∗ ∗Воздух был на удивление чистым — в подземном помещении явно была нормальная вентиляция. Под ногами сухо и даже чисто, светильники вдоль стен горят все, в углах под потолком ни следа паутины. «Да здесь почище, чем у нас в офисе» — промелькнуло в голове.
Много ступеней, потом поворот, еще ступени, еще поворот — и Андрей оказался перед еще одной дверью. Эта, правда, была поменьше, и приоткрытой. В помещении за ней было темнее: с лестничного пролета внутрь ложилась полоска света. А еще там явно работало какое-то оборудование: слышался низкий гул. Привычный шум немного успокоил Андрея, и он вошел.
Здоровяк копошился слева, у щитка с кучей кнопок и надписей. На вошедшего он даже не глянул, поэтому Андрей с интересом огляделся. Помещение напоминало диспетчерскую или пункт управления: небольшое, но на каждой стене — россыпь тумблеров, экранов, шкал, кнопок. Виднелись и стройные ряды индикаторов — часть из них сейчас горела тревожным красным, еще часть — почему-то сиреневым. Напротив одной из стен притулился стол с встроенной клавиатурой и несколькими портами.
Андрей считал себя не сверхталантливым, но все-таки неплохо подкованным спецом. Отучился в институте на радиотехника, на полгода катался в Москву — стажироваться, регулярно проходил курсы повышения квалификации, которые устраивал их провайдер-работодатель. Однако он не мог даже предположить, что делали окружающие его приборы. Обычно все железо для обслуживания вышки связи располагалось либо под ней, либо на ней. У оператора, естественно, стояла куча своей аппаратуры. Но там все выглядело иначе: обычные офисы с айтишниками-инженерами, и куча модульных шкафов в отдельных залах. Эта же комната напомнила ему ЦПУ какого-то старого, еще советского химзавода — такие им показывали в документалках на первом или втором курсе.
Он пригляделся к щиту на ближайшей стене.
«Настройки пространства» — и с десяток тумблеров без подписей, с непонятными пиктограммами.
«Климатические настройки» — и еще россыпь кнопок, тумблеров и экранов. На одном из них отображалась температура: +27°, как и обещали с утра по прогнозу.
«Фильтры проникновения извне» — гласила надпись над индикаторами. Часть не горела, но несколько медленно мигали сиреневым, а еще один — пульсировал красным.
— Что за дичь… — Пробормотал Андрей, совсем позабыв про здоровяка, оставшегося за спиной.
Он двинулся вдоль стены, обходя комнату по кругу.
«Смертность особей» — и включенный тумблер.
«Социальные настройки», «Вероятностные параметры», «Присутственные настройки», «Причинно-следственные настройки», «Метареальность»… На столе, у клавиатуры, расположилась крышка из толстого красного пластика, под которой находились еще кнопки. Надпись рядом гласила: «Аварийные меры».
— Э-э… А что это вообще за аппаратура такая? — От увиденного Андрей позабыл про свой страх перед здоровяком.
— Узел управления реальностью. — Внезапно произнес тот совсем рядом.
Андрей от неожиданности подпрыгнул, едва не упав на стол с клавиатурой. Пока он рассматривал щиты, верзила оказался прямо за его спиной.
— Наполнитель предохранителя отказал. Нужно менять. Помоги.
— К-какой наполнитель…
— Сейчас увидишь. Из-за него и помехи появились.
Здоровяк внезапно схватил Андрея за плечо. Хватка у него была ожидаемо крепкой, под стать фигуре. От неожиданности Андрей вскрикнул.
— Вы что творите?!
— Помогай давай, потом объясню. Если бы я прибыл сюда позже, последствия могли бы быть намного хуже.
И, не дожидаясь, пока Андрей расчехлится, здоровяк потащил его к тому щиту, рядом с которым копался. Как оказалось, в нем была узкая невысокая дверь — примерно как у шкафчиков в раздевалках тренажерок. На ней красовался предупреждающий символ: круг с вписанным внутрь… чем-то, напоминающим человеческие легкие. А ниже красовалась надпись: «ВНИМАНИЕ! Только для живой органики!».
Однако эту информацию шокированный Андрей еле успел заметить. Хватка у его спутника оказалась не просто железной: сопротивления он будто не чувствовал. Вдобавок Андрей от неожиданности сначала послушно повиновался, и лишь уже у шкафа начал упираться.
Но разница в габаритах и силе все-таки была несоизмеримой.
Одной рукой удерживая Андрея за плечо, другой здоровяк распахнул шкаф со странной надписью. И быстро запихал парня внутрь.
∗ ∗ ∗Андрей начал орать, только когда металлическая дверь за ним захлопнулась — до этого связки словно парализовало от шока.
— Ты че творишь, дебил?! Выпусти! ВЫ-ПУС-ТИ! МЕ-НЯ!!!
Места внутри было немногим больше, чем в старых советских кладовках. Почему-то вентиляционных отверстий на двери не оказалось, поэтому стояла темнота. Развернувшись, Андрей ощутил, что ширина стен здесь ровно по его плечи. Едва сохраняя остатки самообладания, он несколько раз стукнул кулаком. Однако металл под рукой не прогнулся, а по краям не мелькнул свет. Двери явно были крепче, чем показались снаружи. Мелькнула мысль о том, что нужно упереться в заднюю стенку и давить ногой, но Андрей подавил ее: кто знает, возможно, там навешано какое-то оборудование? Не хватало еще сгинуть от удара током в подвале как из ужастиков про SCP где-то в лесу, в компании фрика-здоровяка…
Но после ему стало не до размышлений.
Андрей ощутил легкий, мягкий толчок в ноги — словно лифт двинулся с места. Ощущение тесноты пропало, мерный гул приборов, слышимый из-за двери, плавно затих, словно отдалился. Опора под ногами вдруг исчезла, но Андрей не упал: просто остался висеть в воздухе. От неожиданности он заорал, но собственного крика не услышал. Более того: он не слышал никаких других звуков: дыхания, шелеста одежды.
А затем сознание отключилось.
∗ ∗ ∗Александр Феденко боялся, как никогда в жизни.
Вместе с напарником — Егором Колычевым — они уже почти полчаса стояли у двери, в которую спустился местный техник и Тенарх. Инструкций на такой случай у инженеров не было, поэтому им оставалось только ждать. Разговаривать не решались: от страха мысли путались, а язык чувствовался чем-то чужеродным. Да и вдруг Тенарх услышит, как его обсуждают? Поэтому коллеги стояли в позе Смирения, изредка переминаясь.
Тенарх появился внезапно.
Ни шагов по лестнице, ни дыхания слышно не было. Дверь отворилась без скрипа, и существо, натянувшее на себя человеческую личину, выбралось наружу.
Феденко с Колычевым замерли. Поза была ужасно неудобной: на коленях, склонив голову вниз и разведя руки в стороны. Когда Александр попробовал принять ее в первый раз — не выдержал и минуты вместо положенных десяти для неофитов. Поэтому пришлось тренироваться: ошибка стоила бы жизни… Существа, называвшие себя Тенархами, не требовали от людей почтительных эпитетов в общении. Но зато были обязательные и очень точные, без отклонений, правила, которые касались жестов, мимики и движений.
— Встаньте. — Разрешил Тенарх.
— Благодарим. — хором громко ответили инженеры, и поднялись.
Колычев сделал это с трудом — так, что Феденко даже испугался за коллегу. Но обошлось: напарник все-таки выпрямился с едва заметной заминкой. Благо, существо уставилось в сторону автобуса.
— Из строя вышел наполнитель предохранителя. Человек, который раньше им служил, видимо, сошел с ума или умер быстрее расчетного времени. Я заменил его на человека, который приехал с нами. Его должно хватить на сорок семь человеческих месяцев, начиная от сегодня. Запиши это в отчете. — Слушаюсь, Тенарх. — Ответил Колычев. В их паре он был старшим, и только он мог отвечать на вопросы, не адресованные лично Феденко.
Существо плавно двинулось к автобусу, едва заметно махнув рукой — указывая двигаться за собой. Теперь, когда нужда в маскировке отпала, Тенарх передвигался так, как умели только эти создания: не касаясь поверхности, а левитируя над ней на высоте пары ладоней. Феденко замешкался, подхватив вещи, оставленные Андреем — небольшую наплечную сумку и упавший на землю телефон. Тот оказался незаблокированным. На рабочем столе висели непрочитанные. «Сын Дима». Феденко автоматически открыл переписку, мельком пробежал глазами по последним сообщениям. Лицо его посветлело, и он поспешил к автобусу — не дай Бог, заставит Тенарха ждать…
— Вы знаете правила. — Тенарх не спросил, а озвучил, как само собой разумеющийся факт.
— Да, Тенарх. — Колычев сидел перед существом в задней части автобуса. Как полагается, он развернул руки ладонями вверх и поднял их на уровень груди, а голову держал прямо. - Внеочередной контакт требует внеочередной жертвы.
— Решайте, кто станет достойным Пути Угасания сегодня. — После этих слов Тенарх прикрыл глаза. Автобус завелся, и по салону почти сразу прокатилась волна долгожданной прохлады.
Ближайшая минута должна была стать решающей для напарников. Одному из них предстояла участь жертвы — в качестве уплаты за то, что всемогущий Тенарх снизошел до того, чтобы выслушать просьбу, и воплотился, чтобы устранить неполадку. То есть, собственно, помехи с реальностью в этом захолустье. Обычно в таком случае отдавали младшего, но в их паре формально оба носили одно звание, хотя Колычев и был более опытным сотрудником.
Не дожидаясь, пока напарник направит его по Пути Угасания, Феденко протянул ему телефон Андрея. На экране была открыта переписка с сыном. Колычеву потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, что именно предлагал ему напарник.
— Тенарх, мы приняли решение. У человека, который стал Воздаянием, остался сын. Мальчик еще не преодолел порог взросления. Осмелюсь предположить, что его жизнь станет более ценной платой, чем даже обе наших вместе.
— Да. — По голосу этих существ никогда нельзя было понять эмоции. Но ответил он мгновенно, без обычной задержки. Так что Феденко решил, что Тенарх доволен предложением.
— Мальчик охотно поверит, если ему позвонит отец, и прикажет спуститься к подъезду, чтобы ехать к бабушке. — Произнося эту фразу, Колычев принял ритуальную позу прошения.
— Да. — Снова без задержки ответил Тенарх, и протянул руку за телефоном.
Подождав пару гудков и дождавшись, пока пацан поднимет трубку, существо произнесло голосом Андрея:
— Димон, здоров! Я тут подумал… Короче, шеф мне выдал отгул сегодняшним числом. Так что ожидание отменяется, готовность номер один! Через два часа жду тебя у подъезда, и сразу двинем. Смотри мне только, ждать не буду: меня коллеги подхватили, они в ту сторону едут. Во дворе будет стоять черный микроавтобус, вот в него заскакивай. Опоздаешь — будешь пешком по Васильевской догонять!
Сбросив вызов, Тенарх едва заметным жестом позволил Колычеву забрать телефон.
— Жертва зачтена. — Сказал он, и улегся на заднее сиденье.
∗ ∗ ∗Из внутренней инструкции ТБ для персонала WhiteRoom с уровнем допуска 3+:
Тенарх — раса (?), которая следит за работой узлов управления реальностью на Земле, настраивает их и устраняет неполадки. При личном контакте обязательно соблюдать инструкцию ТБ «Контакт с Тенархом». Нарушение любого из пунктов почти всегда карается самим Тенархом на месте. При соблюдении правил статистика выживаемости при контакте следующая: 87.9% для сотрудников с уровнем допуска 3, 94.7% для сотрудников с уровнем допуска 4, и 98.1% для сотрудников с уровнем допуска 5+.
∗ ∗ ∗Путь Угасания — регулярный (обычно ежегодный по человеческому календарю, совершается в последние дни августа) ритуал жертвоприношений Тенарху. Количество и требования к кандидатам определяются Тенархом.
∗ ∗ ∗Узел управления реальностью — пункт управления, в котором реальность Земли можно изменять и настраивать. В каждом пункте постоянно дежурит сотрудник WhiteRoom с уровнем допуска 5+. Настройки может изменять только Тенарх.
Автор: Денис Иванов
Источник: [1]
Источник: Мракопедия · CC BY-NC-SA 4.0
Рейтинг сообщества
Стоила ли она сна, который вы вот-вот потеряете?