Склеп

Давным-давно, когда еще, как говорится, Землей правили динозавры, я был взят дальними родственниками на кладбище — узнать о предках, да и молодые руки там завсегда нужны.

Приехали, нашли похороненных родственников. Слушая рассказ об их жизни, связях, отличительных чертах и прочем, что нужно знать юному отпрыску о покойных, мы убирали на могилках. Но к полудню устали, решили передохнуть. Родные выложили снедь, мы угостили покойных и сами перекусили.

Мне стало скучновато, и я решил пройтись. Людей было достаточно — все навещали своих померших, даже одна похоронная процессия была вдалеке. Через пару сотен метров я увидел интересное столпотворение: милиция с собакой (человек десять) на трёх машинах и пара мужиков в штатском осматривали нехилого размера такой склеп. Один писал что-то на планшетке, другие с фонариками лазали внутри, кинолог с собакой явно скучали. Стало понятно, что что-то произошло.

Я подошел ближе. Рядом сидел на бровке бухарь, от которого несло перегаром и мочой. Он, увидев меня, решил стрельнуть сигаретку, и я ему дал. Потом он попросил прикурить, я ему тоже дал. Меня ребята в форме попросили не подходить близко — мол, работают, ну я недалеко и стоял.

— А знаешь, что произошло? — спросил бухарь.

— Ну расскажи.

— Очередного мертвяка поймали!

— А зачем они его ловили? Он же труп.

— А он людей убил!

К нам подошел один из милиционеров, явно постарше в звании, и попросил нас уйти. Ну, я развернулся и пошел. Все-таки надо было уж и к своим подходить, уже небось и отдохнули после обеда.

До вечера мы полностью справились с уборкой могил, покраской оград и приведением в божеский вид захоронений. Оказалось, у меня на этом кладбище много кого похоронено. Вечером мой дядя сказал:

— Не знаю, когда еще я приеду (дядя у меня не очень местный). Пошли со мной, покажу, как со сторожем договариваться, чтобы ты в будущем умел это делать.

Задание получено, а я ответственный, пошли.

Пришли в сторожку. Оба-на: старый приятель — тот бомж вонючий в углу сидит с мужиком в тулупе, который за столом водку пьёт. Это и оказался тот самый сторож. Дядя мой легко с ними договорился — дал денег и сказал, показывая на меня, что я буду каждые полгода привозить деньги и контролировать уборку доверенных могил. Мужик записал участок, фамилии на могилках, мой телефон и сумму в тетрадь с такими же записями. Бухгалтерия такая, понимаешь.

Перед нашим уходом бомж, однозначно уже датый, глянул на меня и, воняя дикими парами перегара, сказал:

— А хочешь, расскажу, что там было?

Я ему чуть ли не через плечо:

— С тебя взяли подписку о неразглашении?

Он:

— С меня? Что с меня давно уже взять? Слухай…

Дядя сказал мне на ухо:

— Помочь чем?

Я ему так же тихо ответил:

— Да нет, сейчас приду…

Дядя вышел из сторожки. Бомж же продолжил свой рассказ, выговаривая не к месту пьяным языком бессвязные слова, отвлекаясь, бормоча что-то нечленораздельное. Приблизительно его рассказ был таким:

— Повадилась, значит, нечисть разграблять соседние могилы из того склепа. Ночью отворяет дверь, разрывает свежее захоронение поблизости, жрёт и рвёт трупы, раскидывая кишки и куски плоти в округе, сама утром прячется в тот же склеп, закрывая окровавленную дверь. Сторож, конечно, рассказывал про эти случаи начальству. Начальство понимало, что на кладбищах всегда что-то происходит такое-эдакое, но с таким столкнулось впервые. Но денег на то, чтобы позвать батюшку или выдать сторожу боевое оружие, нет. И пусть сторож на ночь крепко запирает дверь, мало ли…

Когда совсем уж тяжело стало, собрались мужики — работники, наведались в тот склеп, подергали все замки-саркофаги — все путем, закрыто. Хотя следы ошметков других тел имелись в избытке. Навесили замок на склеп и решили, что если еще что-то произойдет, то придется замуровать полностью дверь даже против желания еще живых родственников.

Утром у сторожа работы было уж поменьше — не приходилось убирать куски мяса растерзанных трупов, закапывать разрытые свежие захоронения, ставить на место потревоженные кресты и памятники, чинить оградки — а это все занимало много времени. Замок ту заразу, похоже, сдерживал...

... пока на кладбище не наведалась группа подвыпивших парней. То ли готы, мечтающие переспать с трупом, то ли скинхеды, то ли просто грабители — неизвестно. Решили они то ли ограбить, то ли осквернить склеп, опять же, непонятно зачем. Выломали неплохой такой замок…

В ту ночь сторож слышал крики. А выйти побоялся — понимал, чем это все грозит, а у него семья, дети...

Парней что-то из того склепа разорвало на куски. Утром этот фарш обнаружил сторож и вызвал сначала начальника, потом тот уже и милицию.

И что ты думаешь? После осмотра склепа милиционеры кого-то вызвали, и приехали эти двое в штатском на джипе. Вошли в склеп, через некоторое время выволокли оттуда что-то, дергающееся в мешке, по размеру напоминающее или среднего кабанчика, или крупную собаку. Все время за мешком тянулся кровавый след вперемешку с гноем, как будто здоровая мокрая губка была в мешке…

А джип-то оказался не простой. Когда загружали это нечто в авто, было заметно, что задняя часть машины забрана крепкой решеткой. Закинули тварь в мешке, в полной тишине уехали. Потом милиция стала допрашивать сторожа, подошел ты... Вот и вся недолгая. Остальное ты видел.

Я сказал бомжу:

— Как-то все непонятно, — потом обратился к сторожу:

— Это правда?

— А он не ответит, — сказал бомж. — Он не может говорить. Немой с детства, что поделать?

Я, пожав плечами, вышел и вернулся к своим.

Рассказ бомжа сбил меня с толку, и родственники заметили, что я не в своей тарелке. Дядя по пути расспросил меня, что произошло. Ну, я и рассказал ему об этой истории. Он мне ответил:

— Не фантазируй! В сторожке, кроме сторожа, никого не было, просто ты все время смотрел в угол, а потом так и вовсе «завис». Я поинтересовался, все ли с тобой в порядке, и ты сказал, что да. Мы тебя ждали пару минут, потом ты вышел весь такой озадаченный…
Обсуждаемые крипипасты